Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

"Загородил полнеба гений..."

Фильм снять всё же просто - сложнее доделать

Со 2 по 7 февраля сняли благодаря исключительному энтузиазму всех участников, которые иногда шли даже на самопожертвование во имя скорого и удачного воплощения замысла, мой второй фильм "Любовь зимой". Теперь предстоит сложная работа по доведению картины до конечного результата. Практика показывает, что это может затянуться надолго, как получилось, например, с первой лентой "...и будет дочь", хотя там осталось теперь немного из недоделанного.
Увы, вопрос денег в обоих случаях немаловажен. И если кто-то желает поддержать оба фильма, чтобы они всё-таки стали доступны для тех, кто интересуется неглупым кино, могут это сделать, приобретая мои книги или просто присылая приемлемые для себя суммы на карточку Сбербанка 5336 6903 6278 0712.

"Загородил полнеба гений..."

Бескрайняя ночь

Рецензия размещена предварительно на ivi.ru

Если смотреть фильмы американского режиссёра Джоэла Соузы по хронологии, то можно крайне удивиться, как он перешёл от неудачных и порою дурацких картин, вроде бы рассчитанных на семейный просмотр, к лентам жёсткого криминального плана. Причём сам он чаще всего выступает также в качестве сценариста - то есть надо решительно отказаться от версии, что якобы был вынужден снимать фильмы на основе чужих замыслов. И своеобразный перелом произошёл с Соузой в возрасте 44 года на картине под названием «Ночь взлома», где он впервые обратился к явно неприятной и отталкивающей жизни современной Америки, рассказав о грабителях, наркоторговцах, шлюхах, убийцах и продажных полицейских.
В этом смысле лента «Полицейский седан» (в оригинале - «Краун Вик», а имеется в виду машина марки «Форд Краун Виктория», которая в течение двух десятков лет была на службе у полицейских) является логическим продолжением «Ночи взлома», хотя строится по несколько иному принципу. Всё же общим следует посчитать, помимо темы преступности, организацию экранного материала вокруг ограниченного времени действия - в новой работе Джоэла Соузы всё происходит лишь за одну ночь, проведённом двумя полицейскими (опытным и новичком) в дорожном патруле на улицах Лос-Анджелеса (парадоксально, что снимали в Нью-Йорке).

Но если в «Ночи взлома» самые разные люди вполне намеренно или же невольно оказывались втянутыми в историю взлома труднодоступного сейфа с крупной суммой денег (как тут не вспомнить ставший уже классическим «Красный круг» француза Жан-Пьера Мельвиля), то в «Полицейском седане» случается, напротив, множество криминальных событий почти за девять часов дежурства. Даже возникает определённое сомнение насчёт такой перегруженности действия - неужто столько противоправных деяний различного толка случается даже в неблагополучных кварталах калифорнийской столицы?! Однако это можно назвать не преувеличением, а как бы обобщением, концентрированным выражением всех опасностей, которые подстерегают полицейских в течение словно «бескрайней ночи».
Теперь-то уж точно подобный фильм не был бы выпущен в кинопрокат США - успел выйти в декабре 2019 года, когда ещё оставалось несколько месяцев до бунта бесчинствующей толпы, «бессмысленного и беспощадного», кстати, поразительно предсказанного в картине Соузы самым подлым из служителей закона, бывшим участником войны в Афганистане, который прямо заявляет, что достаточно поднести спичку, чтобы в США разгорелся пожар, всё сметающий на своём пути. Но и показанные с несомненным сочувствием двое главных героев (ныне это выглядит полнейшей крамолой, поскольку принято негодовать вообще по поводу полиции, как института подавления и жестокости) подчас вынуждены вести себя противоправно, в нарушение служебных инструкций и этических норм, всё же имея определённые основания для неадекватных поступков. Особенно выразителен 50-летний актёр Томас Джейн в роли «плохого лейтенанта» Рея Мэндела - и ассоциативная отсылка к персонажу Харви Кайтела в давней ленте Эйбела Феррары будет здесь вовсе не лишней. Живой ведь человек, полнокровный и убедительный по характеру и поведению, имеющий собственный «кодекс чести», пусть и превратно понимаемый с точки зрения блюстителей закона и порядка.
Да и кино это тоже жизненное и непридуманное, которое может надолго исчезнуть в мире, где правит сейчас «диктатура политкорректности», а расизм и ксенофобия поменяли знаки на противоположные. И белые полицейские наверняка перестанут быть на экране мучающимися и заблуждающимися, превратятся в ходячие иконы приторно-благожелательного отношения к криминальным типам, в первую очередь - к афроамериканцам и латинос, коих в «Краун Вик» пока что не жалуют.
"Загородил полнеба гений..."

Предвосхищая "Фотоувеличение"

Весьма любопытно обнаружить в фильме "Озеро женщины" японского режиссёра Ёсисигэ Ёсиды по мотивам повести "Озеро" Ясунари Кавабаты как бы предвосхищение ленты "Фотоувеличение" Микеланджело Антониони, вольной интерпретации рассказа "Слюни дьявола" Хулио Кортасара, которая вышла на экран почти четырьмя месяцами позже. Видимо, как и в случае с дебютом "Никчёмный", перекликающимся с картиной "На последнем дыхании" Жан-Люка Годара, творцы поистине чувствуют художническим чутьём, что носится в воздухе и определяет суть текущего времени. Кстати, и Анри-Жорж Клузо тогда задумывал кинопроект под названием "Зло", но уничтожил сценарий, посмотрев "Фотоувеличение", которое всё равно остаётся одним из самых цитируемых - явно или косвенно.
Мотив "раскадрированной наготы" (если воспользоваться названием фотоальбома, который успел выпустить Клузо) и гипотетическая детективная составляющая, как и возможность убийства кого-то из участников запутанного "любовного треугольника", а также демонстративно открытый финал, оставлявший в недоумении даже поклонников Кавабаты, будущего нобелевского лауреата по литературе (между прочим, он первым среди японцев удостоился подобной чести) - всё это заставляет гадать, насколько концептуальным был данный фильм для Ёсисигэ Ёсиды. Ведь сцены съёмок на берегу озера какой-то любовной драмы с обнажённой натурой и случайным убийством, несомненно, вносят элемент остранённости в рассказываемую историю и не без доли иронии комментируют происходящее в основном сюжете.
"Загородил полнеба гений..."

А кто-то хочет быть «санитаром дорог»

Рецензия размещена предварительно на ivi.ru

Голландский фильм «Преследование» (его оригинальное название можно перевести так: «Прилипнув к бамперу») легко принять за очередную версию «Дуэли» Стивена Спилберга или же «Попутчика», кстати, с участием голландца Рутгера Хауэра. Хотя с самого начала ленты Лодевейка Крейнса заявлено, что это, скорее, социально-психопатологическое исследование на следующую тему: как некий индивид решает по неведомой причине стать своего рода «санитаром дорог», не просто противодействуя нарушениям правил недобросовестными водителями, но и жестоко, весьма изощрённо наказывая их, вплоть до физического уничтожения, словно они - вредоносные насекомые.
Некоторые из комментаторов обратили внимание на то, что дорожный маньяк из Нидерландов облачается в такой же специальный костюм для химзащиты, как и главный герой неоднозначной (и даже запрещённой в течение нескольких лет), но действительно глубокой по мысли американской картины «Хенри: Портрет серийного убийцы». Вполне можно посчитать, что злобный персонаж из «Преследования» возомнил себя не обычным чистильщиком-экстерминатором, а исполнителем высшей миссии, настоящим Судиёй, который обязан покарать весь род человеческий за грехи и проступки.

Другое дело, что Крейнс, который уже с начала своей деятельности в кино не был лишён интереса к чёрному, подчас мрачному юмору, а также предпочитал показывать людей и вообще различные настроения в социуме не без сатирического заострения, отдаёт дань этому и в новом фильме, описывая поведение «жертвы» и членов его семьи, абсолютное равнодушие со стороны прохожих, мимо проезжающих и тех, кто предпочитает автономное существование. Подобно тому, как более двадцати лет назад тоже в голландском «Исчезновении» никто вроде бы не пожелал заметить похищение девушки на автозаправочной станции, так и в «Преследовании» будто не может быть посторонних свидетелей в принципе. И у тех, кто оказался объектом одержимого преследования со стороны безумного преступника, практически нет никакой защиты ни на дороге, ни в кафе, ни даже в полиции, ни в доме родителей, ни где-либо ещё. То есть преследуемый должен сам поневоле изыскать какой-нибудь способ, чтобы избежать совершенно неадекватного отмщения, которое намерен воздать «вершитель правосудия».
А уж по законам жанра психопатологического триллера неистребимый маньяк, словно зомби или вампир, нуждается в каком-то особом виде искоренения, что создатели подобных картин ещё не придумали. Между прочим, в нынешней ситуации пандемии коронавируса в разных странах убийца в спецодежде и с баллоном отравляющей жидкости в руках может восприниматься, как ни парадоксально, чуть ли не в качестве самоотверженного борца с «чумой XXI века». Хотя для Лодевейка Крейнса, снимавшего эту ленту ещё летом 2018 года, было куда важнее заявить о неуловимости зла, которое пребывает не столько вовне, сколько внутри кого-то, кто однажды «слетает с катушек» и идёт наводить порядок в хаотическом мире.
"Загородил полнеба гений..."

«Письмецо в конверте погоди, не рви!»

Рецензия размещена предварительно на ivi.ru

Судя по количеству авторов, которые писали и переписывали сценарий на основе романа американца Джеймса Пэттерсона (наиболее известны из экранизаций его произведений - «Целуя девушек» и «И пришёл паук») и шведки Лизы Марклунд, фильм «Убийства по открыткам» боснийца Даниса Тановича, работающего в разных странах, стал жертвой многочисленных вариантов при рассмотрении загадочного дела о жестоких преступлениях, совершаемых по всей Европе. И если первая половина картины, которая остаётся классическим детективом с остро закрученной интригой и внушает даже какой-то страх из-за необъяснимости происходящего, то по мере развития действия и раскрытия подлинных убийц, творивших кровавые деяния согласно хитроумному плану, сверяясь с известными творениями искусства, лента приобретает характер малоубедительного и порою невразумительного психопатологического триллера.
Кстати, предшествующим опытом Тановича был хорватский минисериал «Успех», созданный по заказу европейского подразделения американского кабельного телеканала HBO, где тоже не обошлось без опасного криминала, однако характеры персонажей, в том числе откровенно неприятных, оказались более тщательно выписанными и сыгранными. А вот фильм «Убийства по открыткам» - чем дальше, тем больше - выглядит несколько надуманным и искусственным, особенно по части типично фрейдистского подхода к мотивации мерзкого поведения необычной парочки преступников, явно слетевших с катушек. Письма смерти, рассылаемые ими, кажутся какими-то позёрскими и присочинёнными для пущего эффекта, что вступает в несомненное противоречие с действительно ужасными убийствами, напоминающими, скорее всего, мистические ритуалы.

Ну, и вполне благостный финал, где поспешно и без особой логики развязываются столь кропотливо завязываемые в начале повествования сложные сюжетные узлы, добавляет излишнее ощущение досады, что создатели этой картины, которая вроде как претендовала на то, чтобы быть захватывающей, напряжённой и достаточно умной, пустились во все тяжкие и многое спустили на тормозах, словно устав колесить по Старому Свету за неуловимыми невидимками, запросто перемещавшимися из страны в страну. Изворотливых маньяков ловят в реальной жизни далеко не сразу, и подчас подвергаются наказанию вовсе не те, кто чинил неконтролируемое насилие. Тут же получается в итоге как на красивой открытке или в книжном пособии для начинающих сыщиков, которые могут, сверяясь с текстами и картинками в учебнике по криминологии, оперативно и будто играючи найти злобных психопатов, не столь поднаторевших в умении маскироваться в окружающей действительности и вообще быть незаметными, словно обычные граждане. Напротив, эти убийцы сами лезут на рожон и стремятся изо всех сил привлечь к себе внимание, чтобы их побыстрее поймали и приговорили к желанной смерти.
"Загородил полнеба гений..."

Пускай, это тарантелла

Рецензия написана для ivi.ru

В 1971 году хороший «жанровый режиссёр» Жорж Лотнер снял весьма ироническую, даже пародийную франко-итальянскую ленту «Пускай, это вальс», выворачивая наизнанку многие сюжетные ходы, а также переосмысливая характеры типичных персонажей гангстерских фильмов. Кстати, одним из авторов сценария являлся Бертран Блие, будущий язвительный ниспровергатель моральных норм французского общества. Вспомнилось об этом потому, что дебютная кинокартина 60-летнего (!) Игорта (на самом деле - Игор Тувери), популярного итальянского творца рисованных комиксов, отнесена по времени действия в сентябрь-октябрь 1972 года, когда в кинематографе этой страны наблюдался, можно сказать, расцвет политических криминальных лент о мафии и разного рода коррупции в институтах власти. Хотя по антуражу, одежде героев, их поведению, а главное, по атмосфере всего того, что происходит на экране, это больше похоже на 50-е годы, которые уж точно не мог запомнить автор фильма, поскольку родился в 1958 году.
Безусловно, «5 - идеальное число» (таково оригинальное название картины), основываясь на ранее изданном комиксе Игорта, не может в определённой степени не следовать традициям вроде как родоначальников данного направления литературно-изобразительного искусства из Америки. Но всё-таки национальная, именно итальянская суть «семейного гангстеризма», когда даже члены какого-либо преступного клана считают себя словно кровными родственниками, тем более, что в деяниях профессиональных убийц многое построено именно на крови.

И как раз эта семейственность, а также личная преданность тому или иному боссу мафии откровенно вышучиваются и подвергаются, казалось бы, издевательскому осмеянию в ленте Тувери. Но в то же время есть некая доверительная, по-своему трогательная, порою чуть ли не щемящая интонация в том, как относится Пеппино Ло Чичеро, «мафиозо со стажем», к собственному сыну Нино, наследнику его криминальных дел, к бывшим соратникам или к прежней возлюбленной. А особый нюанс в воплощении на экране главного героя, выглядящего слегка карикатурно со своим необычным носом, заключается в том, что играет его актёр Тони Сервилло, известный по ряду саркастических по манере ролей, прежде всего, по образу якобы Сильвио Берлускони в фильме «Они» / «Лоро», где рвущийся как бы в «отцы нации» сам накрепко повязан путами с далеко не всегда законными структурами.
Вероятно, кинематографическая малоопытность Игора Тувери (ранее он принимал участие лишь в создании двух сценариев) начинает сказываться во второй половине картины, когда режиссёр начинает повторяться и не придумывает новые оригинальные приёмы для поддержания интереса публики. Однако роскошная сцена кровавых разборок гангстеров на крыше дома, как и неожиданный твист в финале повествования, когда выясняется, что меньше всего надо доверять тем, кто находится рядом, позволяют отнестись к дебюту Игорта в кино с немалой симпатией.
"Загородил полнеба гений..."

Кадр длится 83 минуты

Вопреки информации некоторых российских критиков, которые видели норвежский фильм "Утёйа, 22 июля" в конкурсе Берлинского кинофестиваля 2018 года, один кадр длится там 83 минуты, а не 72 минуты. Просто в финальных титрах упомянуто, что террорист расстреливал юных обитателей лагеря на острове Утёйа в течение 72 минут. Однако сверхдлинный кадр начинается на третьей минуте картины, то есть ещё до расстрела, а завершается на 86-й минуте.
"Загородил полнеба гений..."

А орудия убийства не в крови

Не раз приходилось мне замечать, что в фильмах, когда совершается убийство при помощи какого-либо холодного оружия, на жертве оказывается немало крови, а вот нож, топор или что-либо ещё остаются девственно чистыми.
"Загородил полнеба гений..."

Наш ответ Копполе

Один из читателей упомянул в своём комментарии к моей рецензии под названием "И оставить дверь приоткрытой...", что Мартин Скорсезе в "Ирландце" вроде как позаимствовал из финала первой части "Крёстного отца" Фрэнсиса Форда Копполы образ закрывающейся двери. Честно говоря, я не помнил этот момент, но когда пересмотрел специально в онлайне, то убедился, что у Скорсезе - прямо противоположное значение.
У Копполы мир крупных мафиози вроде как теперь недоступен не для посвящённых. А в "Ирландце" есть намёк на то, что хотя бы косвенное признание Ширена перед священником своей вины, как и его "исповедь перед камерой", словно приоткрывают нам дверь туда, куда не было доступа в течение десятилетий.
"Загородил полнеба гений..."

Помести предателя на первую полосу

Рецензия размещена первоначально на ivi.ru

Итальянский режиссёр Марко Беллоккьо прославился рано, сняв в 25-летнем возрасте фильм «Кулаки в кармане», который оказался вызывающим для своего времени, в полной мере соответствуя зарождающемуся направлению «кино контестации», хотя и не был столь уж открытым политическим высказыванием. Однако выпады против буржуазного общества и, прежде всего, института семьи, обнаружившего всю свою несостоятельность, присутствуют в большинстве последующих работ этого постановщика. А с определённой периодичностью он напрямую обращается к острой политической проблематике, нередко связанной с криминальными делами, которые продолжают сотрясать Италию на протяжении десятилетий. В частности, ленты «Помести чудовище на первую полосу» (в советском прокате - «Об убийстве - на первую полосу») и «Добрый день, ночь» (такой вариант точнее по смыслу, чем «Здравствуй, ночь»), созданные с промежутком в тридцать лет, так или иначе соотносятся с последней картиной Беллоккьо, которая снята им уже накануне 80-летия.
И дело не только в том, что в «Предателе» тоже затрагиваются резонансные события с первых полос газет, заставлявшие итальянцев бурно и яростно обсуждать судебные процессы против мафии, как и коррупционные скандалы в полиции и даже в правительстве или преступные деяния политических террористов. Внешне являясь словно хроникой борьбы с сицилийской мафиозной структурой «Коза ностра» (буквально - «Наш дом»), новый фильм Марко Беллоккьо в наиболее выразительные моменты повествования всё-таки позволяет обратить внимание на человеческий аспект рассказываемой истории, когда поведение и поступки явного антигероя, пусть и ставшего своего рода мифической фигурой в глазах всех сочувствующих и резких противников, дают возможность лучше понять мотивы его сложного выбора.

Режиссёру интереснее всего, что Томмазо Бушетта, решивший давать показания против мафии, которая сколотила громадные состояния на наркоторговле, а потом начала фактически пожирать сама себя, уничтожая якобы неугодных членов криминального сообщества, демонстративно не желает считаться il pentito, то есть раскаявшимся. Он парадоксально, на чей-то взгляд, выступает как отчаявшийся охранитель былых преступных традиций, не говоря уже о том, что сильно озабочен утратой семейных и родственных ценностей - и в лоне частной жизни, хоть и трижды был женат, и в деятельности клана «Коза ностра». Если дом перестал быть нашим, то его следует разрушить до основания.
Сторонники активного и вообще жестокого действия в представлении на экране крутых мафиозных разборок упрекали Беллоккьо как бы в классичности подхода к рассказываемой истории. Но типичные сцены кровавых расправ, всё же имеющиеся в этой картине, особенно в её первой трети, выглядят дежурными и не очень-то обязательными. И долгие эпизоды судебных слушаний утомляют в большей степени из-за возмутительного поведения полутора десятка обвиняемых мафиози, поносящих «предателя» непотребными словами. Куда важнее для постижения правды характера главного героя то, как он проникается доверием к следователю Джованни Фальконе и потом не раз соглашается вновь подвергнуться унижениям в суде со стороны прежних соратников - уже в память о другом одиночке, бросившем вызов всей преступной системе.