На нет и кина нет! (kinanet) wrote,
На нет и кина нет!
kinanet

Categories:
«ЛАКОМБ ЛЮСЬЕН» (Lacombe Lucien)
Франция-Италия-ФРГ. 1973. 137 минут.
Режиссёр Луи Маль (Louis Malle)
Авторы сценария Луи Маль (Louis Malle), Патрик Модиано (Patrick Modiano) 
Оператор Тонино Делли Колли (Tonino Delli Colli)
Художник Гислен Юри (Ghislain Uhry)
В ролях: Пьер Блез (Pierre Blaise), Орор Клеман (Aurore Clement), Хольгер Лёвенадлер (Holger Lowenadler), Тереза Гизе (Therese Giehse), Жан Буске (Jean Bousquet), Жан Ружери (Jean Rougerie), Рене Булок (Rene Bouloc), Стефан Буи (Stephane Bouy), Луми Якобеско (Loumi Iacobesco), Пьер Деказ (Pierre Decazes), Жильберта Риве (Gilberte Rivet), Аве Нинки (Ave Ninchi), Жак Риспаль (Jacques Rispal)
Премии: приз Французского синдиката критиков, премия БАФТА за фильм, приз Национального совета обозревателей в США за второплановую мужскую роль (Хольгер Лёвенадлер) - все по итогам 1974 года
Оценка - 10 (из 10)

Экзистенциальная драма военных времён

Всегда балансируя на грани скандала, французский режиссёр Луи Маль, благодаря человеческой деликатности и тонкости, подлинной чуткости художника, пристального внимания к людям, непохожим на других, к «огонькам, блуждающим в поисках счастья» (если перефразировать названия двух его лент), всё-таки преодолевал в своём творчестве опасность спекулятивного или тенденциозного подхода. А недовольство зрителей и прессы свидетельствовало отнюдь не в пользу тех, кто не желал терпеливо прислушаться и вглядеться. Подлинная травля, которой подвергся Маль за картину «Лакомб Люсьен» (вслед за французами «ударили из всех орудий» наши историки и кинокритики), к счастью, осталась давно в прошлом. И на родине его успели простить, осыпав премиями «Сезар» за фильм «До свидания, дети», который спустя почти 15 лет отчасти вернул опять к тревожной поре начала 1944 года, когда происходило действие «Лакомба Люсьена».
Луи Маль снял ту ленту о «трагедии человека, заплутавшего на войне» (если воспользоваться по ассоциации словами Василя Быкова о Рыбаке из его повести «Сотников»), о глупости мальчишки, который лишь по стечению обстоятельств стал сотрудничать не с маки, а с фашистами. «Лакомб Люсьен» был смелым вызовом режиссёра, который пытался понять и простить не столько предателя, сколько, прежде всего, отдельного человека со своей судьбой, ощущающего на себе давление пресса Истории. Неожиданно точно для американцев, далёких от европейских проблем, суть картины была выражена в справочнике «Мувиз он Ти-Ви энд видеокассет»: «Волнующее исследование о том, как легко оказаться соблазнённым идеологией». Видимо, Маль задел за живое, особо болезненное, если на него обиделись участники Сопротивления (только за то, что маки отказались взять парня с собой?!). А также негодовали лево настроенные историки, почему-то увидевшие в «Лакомбе Люсьене» оправдание фашизма с биологической и психопатологической точки зрения (неужели потому, что Люсьен психически неуравновешен, подчас ведёт себя как дикий, загнанный зверь?!), ну и, конечно, коммунисты, которые почувствовали «криминал», скорее всего, в последующих непредсказуемых поступках деревенского юноши. А после того, как еврей-портной Альберт Хорн, в дочь которого со знаменательным именем Франс влюбился юный Лакомб, решил сам сдаться в гестапо, Люсьен вместе с Франс и её престарелой бабушкой Беллой сбежал, скрываясь в лесах, пока не был пойман и расстрелян (но знаменательно, что об этом сообщается в протокольном финальном титре).
«Винтик», желающий выпасть из системы, в которую ошибочно попал, маленький человек, посмевший не повиноваться аппарату подавления, претендуя на право собственного выбора, пусть неразумного, безысходного, - это главная угроза для любой идеологии. Постановщик намеренно переставляет местами имя и фамилию героя в названии фильма, соблюдая тот порядок, который принят в общественных документах, полицейских отчётах, донесениях гестапо и т. д. Для всех типов власти этот парень - Лакомб Люсьен, человек социальный, подчинённый, себе не принадлежащий. А Луи Маль стремится заглянуть за сухую, скупую строчку протокола и увидеть особого, отличающегося от иных индивидуума, то есть Люсьена Лакомба. Забавно, что самым мягким из обвинений, брошенных режиссёру, был упрёк в объективизме, беспристрастности, документализации выдуманной реальности. Время расставило всё по своим истинным местам, воздав, хотя и запоздало, Малю по заслугам и подтвердив его художественную и, в первую очередь, человеческую правоту.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments