На нет и кина нет! (kinanet) wrote,
На нет и кина нет!
kinanet

Categories:
«СТАРОЕ РУЖЬЁ» (Le vieux fusil)
Франция-ФРГ. 1975. 102 минуты.
Режиссёр Робер Энрико (Robert Enrico)
Авторы сценария Робер Энрико (Robert Enrico), Паскаль Жарден (Pascal Jardin), Клод Вейо (Claude Veillot)
Оператор Этьен Беккер (Etiеnne Becker)
Художник Жан Соссак (Jean Saussac)
Композитор Франсуа де Рубэ (Francois de Roubaix)
В ролях: Филипп Нуаре (Philippe Noiret), Роми Шнайдер (Romy Schneider), Жан Буиз (Jean Bouise), Иоахим Ханзен (Joachim Hansen), Роберт Хоффманн (Robert Hoffmann), Карл Михаэль Фоглер (Karl Michael Vogler), Каролин Бонём (Caroline Bonhomme), Катрин Делапорт (Catherine Delaporte), Мадлен Озерэ (Madeleine Ozeray)
Премии: 3 «Сезара» - за фильм, главную мужскую роль и музыку, «Сезар десятилетия» в 1985 году
Оценка - 8,5 (из 10)

Драма военных времён

Эта французская лента вышла к 30-летию окончания второй мировой войны и пользовалась широким признанием критиков и зрителей, заслужив «Сезар» за лучший фильм года, а спустя 10 лет даже удостоившись «Сезара десятилетия» (подобная премия, к сожалению, потом почему-то не вручалась). «Старое ружьё» как раз относится к тому моменту в постижении мировым кинематографом военной темы, когда после увлечения в 60-е годы масштабными батальными кинополотнами или же военно-приключенческими фильмами стал формироваться иной интерес - к психологическому, а порой и к психопатологическому подходу в анализе судеб людей, испытавших на себе воздействие войны и эпохи тоталитаризма. Хотя тут возникали другие опасности при решительной смене оптики: с широкоформатной и всеохватывающей панорамы величественного экранного зрелища - на более камерное воспроизведение частной жизни, увиденной словно под микроскопом. Рассмотрение отдельной человеческой судьбы вообще вне связи с судьбами Истории, как и излишнее осовременивание прошлого, оцениваемого с сегодняшних новомодных позиций, могли привести к вольному или невольному искажению реально происходившего.
Но если, например, «Лакомб Люсьен» (1973) Луи Маля был всё-таки несправедливо воспринят французами чуть ли не как оскорбление памяти многих о второй мировой и о Сопротивлении, то «Старое ружьё» Робера Энрико через два года не встретило какого-либо раздражения в обществе, несмотря на очевидную полемичность в трактовке идеи личной мести за расправу над мирными жителями деревни Монтобан в 1944 году (а в основе данной истории - известная трагедия Орадура). Человек, который мстит немцам за смерть своей жены и дочери, делает это в одиночку, помимо всех - пусть и можно психологически оправдать стремление того, чьё горе столь велико, самостоятельно расквитаться за гибель близких. «Аз отмщение воздам». Библейское изречение точно характеризует такую месть. Слово «воздам» схоже со словом «создам». Что было создано, то и будет воздано. Каково преступление, таково и отмщение. Они отличаются только по знакам «+» и «–». Но должны ли быть равны по жестокости?! Здесь возникает неожиданное: палач и мститель практически уравниваются. Разница лишь в том, что решившийся на отмщение имеет право на ответную жестокость, а первоначальный «сеятель зла» - нет.
В какой-то момент авторы «Старого ружья», вероятно, переступают грань психологической правды, когда их герой, провинциальный доктор Жюльен Дандьё, начинает мстить как бы по инерции. Сознание продолжает привычно воспроизводить воспоминания о жене Кларе и дочери Флоранс, но они словно проходят мимо, не задевая его. То, что осталось в памяти из прежнего существования, становится своего рода реальностью. Жюльен забывает, что уже нет ни Клары, ни Флоранс. В финале он едет с другом Франсуа в машине и приглашает к себе домой, говоря, что жена будет рада. И только после этого вспоминает обо всём случившемся - слёзы застилают глаза. А в это время из глубины кадра медленно выезжают на велосипедах трое: счастливые родители вместе с девочкой. Повторяется начало фильма, причём без заключительного стоп-кадра. Можно интерпретировать так: Клара и Флоранс отнюдь не умерли в представлениях Жюльена, всё ещё живы в его памяти, и теперь это является единственной реальностью для человека, лишившегося смысла бытия. К тому же воспоминания в картине расположены так, что мы движемся в глубину лет. И последнее из них раскрывает обстоятельства знакомства Жюльена с Кларой. А уходящий в затемнение финал, весь наполненный радостью жизни, будто предполагает новое начало. Что было бы со всеми героями, если бы не война…
Но как же быть с подлинной действительностью?! Временами складывается впечатление, что Жюльен Дандьё начинает мстить уже без причины - просто потому, что получает удовольствие от жестокости. Неслучайно, что он - хирург (то есть человек, привыкший к виду крови). Знаменательно появление в фильме эпизода из детства героя, когда отец взял маленького Жюльена на опасную охоту и застрелил у него на глазах дикого кабана при помощи ружья, заряжённого картечью. Именно это смертоносное оружие достаёт из тайника уже взрослый Дандьё, с усердием и сосредоточенно протирает его, готовясь к расправе над немцами, убившими жену и дочь.
Филипп Нуаре, тоже отмеченный «Сезаром», вполне убедителен в данной роли, поскольку веришь в то, что такой тихий и спокойный человек мог скрывать в себе яростную жажду мести. Кстати, убивает Жюльен довольно спокойно, деловито, неторопливо. Лишь в двух случаях его лицо искажается от ненависти и отчаяния, страха и бессилия. Дандьё заходит в церковь и видит там страшную картину: на полу убитые люди, повсюду кровь. Ярость застилает глаза - схватив статую Христа, он начинает крушить всё подряд. Бог против всех, а не за всех. Значит - каждый только за себя! А в другой сцене, когда Жюльен видит труп своей тринадцатилетней дочери в траве и обугленные от огнемёта останки жены, он представляет, как это случилось, валится беспомощно на землю, закрыв руками рот, чтобы немцы не услышали рыданий. Но вот со старым ружьём в руках герой сразу же обретает решимость: он знает, что делать! И с неописуемой злостью на лице уничтожает из огнемёта последнего немца - офицера, собравшегося от отчаяния покончить жизнь самоубийством. Хотя нельзя забыть совершенно иного Жюльена Дандьё: заботливого, доброго, нежного, ласкового и даже забавного в своих отношениях с женой и дочерью, трогательного и романтичного во время первой встречи с Кларой.
Как раз истинным наслаждением является возможность любоваться вместе с главным персонажем этой восхитительной женщиной. Роми Шнайдер, увы, обойдённая вниманием французских киноакадемиков, поистине великолепна в роли жены, полна очарования и на редкость открыта, можно сказать, распахнута вовне - навстречу жизни, излучая радостный свет, щедро даря улыбки и смотря на мир весёлыми, искрящимися глазами. Её лицо просто озарено любовью - к мужу и дочери, к той счастливой довоенной поре, когда всё казалось преисполненным удивительного покоя и умиротворения. Но уже в эпизоде праздника в замке Жюльен застаёт Клару плачущей в подвале - предчувствие тревоги, неясное беспокойство как будто нечаянно коснулись её своими крылами, позволив ощутить дуновение близкой трагической кончины. А в эпизоде расправы перед нами - абсолютно другой человек. Клара стоит перед направленным на неё дулом огнемёта - и смотрит с ненавистью и страхом, спокойно (как и могут смотреть в глаза смерти люди твёрдые и сильные) и растерянно. Разумеется, она боится умереть, но презирает тех, кто сейчас её убьёт. Растерянность же вызвана тем, что эта женщина впервые столкнулась с ужасным и не имеющим никакого оправдания: только что были убиты много людей из деревни, а ей самой так и не удалось спасти свою дочь.
В конечном счёте, именно этот крупный план невинной жертвы, не отводящей своего лица от творящегося вокруг ада, ни за что не исчезнет из памяти и может быть единственным моральным искуплением как для главного героя «Старого ружья», так и для зрителей, способных понять и простить ему безжалостную месть, в осуществлении которой человеку следует прежде всего опасаться собственного расчеловечивания.
Subscribe

  • Когда смартфон захватывает кого-то сильнее

    Не перестаю удивляться, что и на пресс-показах попадаются такие умники, которые почти на протяжении всего фильма сидят, уткнувшись в свои смартфоны,…

  • Фильмы Кристиана Кариона

    Фильмы Кристиана Кариона (средний балл - 5,3) «Счастливого Рождества» / Joyeux Noël…

  • Вместо нелюбви

    Рецензия написана для ivi.ru Можно предположить, что режиссёрам довольно скучно делать авторимейки, переснимая по-английски те фильмы, которые были…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments

  • Когда смартфон захватывает кого-то сильнее

    Не перестаю удивляться, что и на пресс-показах попадаются такие умники, которые почти на протяжении всего фильма сидят, уткнувшись в свои смартфоны,…

  • Фильмы Кристиана Кариона

    Фильмы Кристиана Кариона (средний балл - 5,3) «Счастливого Рождества» / Joyeux Noël…

  • Вместо нелюбви

    Рецензия написана для ivi.ru Можно предположить, что режиссёрам довольно скучно делать авторимейки, переснимая по-английски те фильмы, которые были…