На нет и кина нет! (kinanet) wrote,
На нет и кина нет!
kinanet

Category:

A magyar ugaron

Наверно, не случайно то, что менее удачные фильмы венгерского режиссёра Белы Тарра развёртываются в замкнутом пространстве (как в раннем «Осеннем альманахе») или далеко за пределами Венгрии (как в позднем «Человеке из Лондона»). Хотя и в дебютной ленте «Семейное гнездо» почти нет выходов в пустое пространство, но там возникает парадоксальное чувство свободы повествования за счёт якобы документального наблюдения за жизнью одной семьи - и это вовсе не производит впечатление «натужной естественности» (как ни странно прозвучит данный термин!) и дотошно отрепетированной реальности, что усиливалось с годами в творчестве Тарра и особенно проявилось в финальной работе «Туринская лошадь».
Его кино стало более выстроенным и даже вымученным, лишившись своего рода «лёгкого дыхания». Отголоски раскрепощённого творчества ещё чувствуются в картинах среднего периода - «Сатанинское танго» и «Гармонии Веркмайстера», пусть над ними уже начинают довлеть фирменные принципы искусственно продлённого, несколько монотонного и однообразного течения экранного времени. Причём дело-то вовсе не в хронометраже: например, «Туринскую лошадь» тяжелее вынести, чем «Сатанинское танго», хотя и короче почти в три раза.
Бела Тарр поневоле выглядит тавтологичным не только по отношению к самому себе, но и к действительности, воссоздаваемой на киноплёнке. Метод запечатления реальности превращается в размеренный, привычный, подчас унылый ритуал, автоматический и равнодушный. Если в «Семейном гнезде» были чрезвычайно интересны люди - как они говорят, смотрят, курят, пьют и едят, то у позднего Тарра больше напоминают роботов, механически отлаженные механизмы, выполняющие скучную и отупляющую работу. Уж поверьте, бедной и несчастной лошади в последнем произведении режиссёра сочувствуешь и сострадаешь в большей степени, чем человеческим персонажам.
А вот «Сатанинское танго» спасается благодаря своему эпическому строю, к тому же напоминая по форме трёхчастную сонатную форму - аллегро, адажио и скерцо. И дополнительное деление на главки, нередко названные оригинальным способом, тоже вносит разнообразие в восприятие весьма долгого повествования. Наиболее же впечатляющими эпизодами являются восьмиминутный пролог с коровами (ощущение такое, что эти существа - как последние из оставшихся в живых на опустевшей планете Земля), две сцены танцев в местном трактире и десятиминутный с лишним (считается, что рекорд в мировом кино!) монолог у тела покончившей с собой девочки, произнесённый «ложным пророком» Иримиашем, которого сыграл Михай Виг, постоянный композитор в фильмах Белы Тарра.
Несмотря на то, что во второй половине действия эта лента вроде как теряет намеренно вневременной характер и приобретает сравнительно актуальный пафос в отображении порою уродливых и подлых проявлений нового постсоциалистического общества (неожиданная ассоциация с горькой и тонкой картиной «Милая Эмма, дорогая Бёбе» Иштвана Сабо, пожалуй, небесполезна), поистине значимо как раз пространственное решение «Сатанинского танго». Экранное сочинение Тарра, которого нередко сопоставляли с Миклошем Янчо из-за чрезвычайной любви к длинным планам-эпизодам, вообще-то соотносится на сущностном и духовном уровне с целым рядом этапных произведений венгерской киношколы, чьи события разворачиваются как бы на пустой территории.
Кстати, последовавшая сразу за этим цветная короткометражка (большая редкость для поклонника чёрно-белого кино) «Путешествие по Альфёльду», которая посвящена национальному поэту Шандору Петёфи, выражает тот же самый мотив одинокого и потерянного пребывания «на венгерском пустыре» (если воспользоваться названием одного из ключевых фильмов Андраша Ковача), посреди бесконечной пустоши, даже если есть там место, где можно лишь на время укрыться человеку: на покинутой ферме, в заброшенном замке или кажущемся всё равно пустынным городке. Поразителен и просто невероятен дважды повторенный (но по-разному снятый) проход троицы наглых мошенников по городской улице, почему-то заваленной мусором, который несёт сильным ветром вслед удаляющимся вглубь кадра.
«Что за дорога, право! Едем
по чёрной и густой квашне,
вполне готовой для печенья
ржаного хлеба сатане».
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • А кто седяща одесную?

    Продолжая составлять монтажный лист фильма "...и будет дочь", сделал сейчас неожиданное открытие для самого себя - примерно в той точке,…

  • Читайте титры, господа!

    Вот в кинотеатрах мне как-то совестно оставаться до самого последнего титра в фильме (да и не всегда это дозволяют сделать). Зато при домашнем…

  • Самого главного словами не опишешь

    Ещё во вгиковские времена я обратил внимание на то, что по монтажным листам вообще сложно представить себе фильм, если его к тому же не видел. И чем…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment