November 21st, 2017

"Загородил полнеба гений..."

Когда полезно углубиться в прошлое

Разыскивая контакты тех читателей, которые в разное время заказывали и даже приобретали мои книги, я стал листать Личные сообщения в Фейсбуке назад и дошёл уже до марта 2016 года. Узнал немало интересного - и про себя, и про мир вокруг. Оказывается, за те годы, пока я был занят персональной киноэнциклопедией "Почти сорок четыре тысячи", мне предлагали ознакомиться со всевозможными проектами, а я вынужденно игнорировал это.
"Загородил полнеба гений..."

Кто кого поборет: Казахстан или США?

Сходил на почту и потратил 6068 рублей, чтобы отправить книги в Казахстан и США. Интересно: куда на сей раз бандероли придут раньше?
В предыдущем случае, когда я одновременно послал книги в Казахстан и Израиль, неожиданно для меня, а главное для заказчика, бандероль была быстро доставлена в Казахстан.
"Загородил полнеба гений..."

104 года про любовь

Помнится, сценарий Эдварда Радзинского, послуживший основой для фильма "Ещё раз про любовь" Георгия Натансона, имел название "104 страницы про любовь". Почему я вспомнил об этом? Потому что сегодня могло бы исполниться 104 года московскому Дому Ханжонкова, который при открытии 21 ноября 1913 года стал называться "Пегасом", а уже в советские времена - кинотеатром "Москва". Увы, давно уже Дом Ханжонкова, говоря по-простому, захвачен и перепрофилирован, а бывшему директору Расиму Даргях-заде ничего не остаётся, как сочинять длинные поэмы, откуда я процитирую небольшой фрагмент:

"Осенённый именами и вдохновенья духом
Холодной с Мозжухиным, Старевича с Бауэром,
Перестиани с Вертинским - кого бы не забыть…
Тут были Каралли и Полонский, Чардынин и Гончаров,
юные тогда Хохлова и сооснователь ВГИКа и
«крёстный» Эйзенштейна в кино, её будущий муж Кулешов…
И далее, достойный древнегреческой традиции,
не Некрополь, а целый храм - Пантеон
блистательной плеяды советских мастеров.
Таков для истории кино наш Дом.
Со сценой, где ещё стоял патефон, и «Рэгтайм» играл тапёр,
со стенами, окроплёнными при закладке святой водой
и с тех пор впитавшими в себя память давних годов,
исторических событий следов,
ауру Серебряного века, шестидесятых годов
и других для нашей культуры ренессансных времён,
её великих и бессмертных имён.
С самым большим в дореволюционной Москве экраном
(в зале пеналом, с публикой в нарядном),
вместившем за киновек,
как в ноутбуке жёсткий диск вмещает,
миллионы файлов-образов-ролей.
Выцветшие кадры немого «фильма»,
которые в далёкие десятые-двадцатые
олицетворяли русского кино расцвет,
его звёзд - экранных королев и королей блеск,
первых творческих открытий
и всенародного интереса (и любви!) всплеск.
Со сводами-потолками, вобравшими энергию
искренних, бурных, не уступающих экранным
(не всегда ведь кино бывает забавой)
живых зрительских сопереживаний,
воспаряющих страстей миллионов
людей разных поколений".