January 7th, 2017

"Загородил полнеба гений..."

Мне кажется, что это ещё актуальнее, нежели 25 лет назад

Из статьи 1992 года под названием "Нищета и блеск видео"

Мне кажется, что авторские ленты больших художников просто предназначены для диалогового, один на один, восприятия на видеоэкране или для общения с небольшим коллективом зрителей-единомышленников, близких по духу и по своему отношению к искусству. Видео к тому же даёт замечательную возможность вновь и вновь возвращаться к произведению, пытаясь максимально его постичь.
Конечно, картина в оригинале всегда лучше самого шикарного художественного альбома, её различных репродукций. Но никто не ставит под сомнение искусствоведческий анализ полотен Иеронима Босха или Сальвадора Дали, если специалист знаком с ними лишь по альбомам и, к несчастью, не видел их «живьём». Повторюсь: просмотр киновариантов может добавить яркости впечатлений, позволит увидеть цветовые нюансы, отчётливее сконцентрирует внимание на мельчайших деталях, совершенствуя наше эстетическое наслаждение. Но проникновение в суть сложного явления киноискусства достигается, прежде всего, в результате многократного общения с ним, причём всё-таки желательнее наедине или вместе с теми, кто поможет, вероятнее всего, лучше понять послание автора к своим вдумчивым и сосредоточенным зрителям.
"Загородил полнеба гений..."

А я всех их помню по именам

Выверяя для главы "3 октября" в третьем томе персональной киноэнциклопедии "Почти сорок четыре тысячи" текст под названием "А эти выпали из гнезда!" про известных режиссёров социалистических стран, которые практически перестали снимать сразу же после наступления новых времён, я обнаружил, что по непонятной причине были приведены мною лишь фамилии, но без имён. Я легко вспомнил все:
Только из поляков - это Войчех Ежи Хас, Тадеуш Хмелевский, Станислав Ружевич, Богдан Поремба, Ежи Пассендорфер, Эва Петельска, Януш Насфетер, Роман Залуский, Эдвард Жебровский, почти не снимали Януш Моргенштерн и Гжегож Круликевич. Из чехов - не работали в 90-е годы Ярослав Балик, Збынек Бриних, Франтишек Влачил, Антонин Кахлик, Ладислав Рихман, Иржи Секвенс, редко снимал Иржи Менцель. Из венгров - Иштван Гаал, Андраш Ковач, Ференц Коша, Ласло Лугошши, Дьёрдь Ревес, Янош Рожа. Мало был занят Пал Шандор.
"Загородил полнеба гений..."

Вроде бы трогательно

Фрагменты из курсовой работы 1977 года о кинематографе Марлена Хуциева

Неожиданный ливень обрушивается на опалённый солнцем город. И Лена вынуждена укрыться под каким-то навесом, где уже столпились люди. Камера внимательно рассматривает их лица, отделённые от нас пеленой дождя. И обыкновенный факт действительности вдруг поднимается до высот поэзии. Словно Ноев ковчег, затерян среди дождя этот островок с людьми.
«Да… Мы отрезаны… Связь с внешним миром прервана», - говорит молодой человек, стоящий рядом с Леной. «Ну, теперь это надолго», - обречённо произносит Лена. «Нет, почему же? Видите, как хлещет. Значит, скоро пройдёт», - успокаивает молодой человек. И Лена решает покинуть «Ноев ковчег». Ниточка случайного общения, завязавшаяся между «друзьями по несчастью», грозит оборваться. И тогда молодой человек по доброте душевной снимает куртку и передаёт Лене: «Вы возьмите. Она, по идее, не промокает». Лена убегает, оставив незнакомцу свой номер телефона: Б-пять, четырнадцать, девяносто.
Мимолётная встреча двух людей превратится затем в необходимое друг другу общение по телефону, когда они, связанные между собой недоступной уму загадкой техники, будут исповедоваться о своей жизни. Ах, милые телефоны, вы - исповедальни человеческих душ в самую гармоничнейшую из эпох, когда человеку негде и некому раскрыть сокровенные мысли и чувства. Набираешь номер и говоришь обо всём куда-то в неведомое пространство, прямо в мироздание…
Разговоры по телефону с Женей, следующие один за другим (начало шестой части - центр фильма «Июльский дождь» Марлена Хуциева), помогают Лене понять себя, разобраться в своей жизни. Ирония судьбы: найти в эпоху некоммуникабельности близкую душу в разговорах по телефону. Трудно представить себе, что по какому-то кабелю передаются слова, складывающиеся в фразы, и ты слышишь их и понимаешь. Невозможно поверить в то, что разговариваешь не с самим собой, а с реальным собеседником по ту сторону провода. Он - как по ту сторону действительности. «Послушайте, Женя, а может, вы не существуете?.. Ну, нет вас и всё. Просто голос», - говорит однажды Лена.
И как бы в подтверждение того, что Женя существует, и мы его видели как-то летом, под июльским дождём на улице Москвы, проносятся кадры осенней столицы: маляры красят столб, идут прохожие, едут машины… Эта осенняя соната напоминает нам о вечном течении жизни, в которой «самого главного глазами не увидишь» (Экзюпери). Мчимся мы в ней и не замечаем её поэзии и красоты.
Единение душ в разговорах по телефону также «глазами не увидишь». Невидимая нить, протянутая между сердцами, связывает их. В наше время, когда уже «не ведут дневников», нужно хоть с кем-то поделиться, если даже за день ничего не произошло. Ведь только кажется, что «ничего не было». Из таких непримечательных дней складывается наша жизнь, а потому необходим каждый из них. «А вчера я подумала: вот это и есть жизнь… и ничего другого не будет. И это совсем не так плохо, если вдуматься. Правда? Вы любите свою работу? Я тоже. А родители у вас есть? Только бы не было войны».

"Загородил полнеба гений..."

Марлена Хуциева много не бывает?

Раздумываю над тем, имеет ли смысл разместить в главе "4 октября" в третьем томе персональной киноэнциклопедии "Почти сорок четыре тысячи" текст "Вечности заложник у времени в плену", впервые опубликованный в журнале "Киномеханик" (некогда существовал такой!) в 1990 году по случаю 65-летия режиссёра Марлена Хуциева. Дело в том, что в нём использованы некоторые фрагменты, которые так или иначе я приводил в рецензиях на отдельные фильмы Хуциева в книгах "Своё кино" и "3500". С другой стороны, вроде как небесполезно читателям ознакомиться со статьёй о творчестве этого мастера кино, так сказать, в целом. Но я уже решил процитировать ранее не печатавшиеся куски из громадной курсовой работы о кинематографе Марлена Хуциева, написанной в 1977 году. И не окажется ли перебором то, что много внимания в данной главе будет уделено именно ему, родившемуся 4 октября?!
"Загородил полнеба гений..."

Зря смеялся над аномальной погодой

Оказывается, нынче был поставлен рекорд холода для данного январского дня в Москве за 120 лет наблюдения. Выходить на улицу я не собирался. Но закончился хлеб. Пришлось идти в магазин. А старая дублёнка совсем перестала сходиться на мне. Так что поневоле я вспомнил вот эту песенку:

Ах, мама, мама, что мы будем делать,
Когда настанут зимни холода?
У тебя нет тёплого платочка,
У меня нет зимнего пальта!