March 15th, 2014

В поисках потерянной реальности

В ковчеге - с Ольгой Арефьевой

Сегодня к нам домой приходили, чтобы посмотреть рабочий материал фильма "Медея и Пан" (другое название - "Отзвук"), в котором мы хотели бы использовать песню "Она сделала шаг", её автор Ольга Арефьева, а также двое творческих сподвижников этой певицы - Пётр Акимов и Елена Калагина.
Если Акимову пришлось уехать по своим делам практически сразу после просмотра, то Арефьева и Калагина задержались ещё на шесть часов! Общались с большим интересом и душевно. Всегда радует, когда можно так долго и с воодушевлением говорить с людьми искусства на самые разные темы, даже если впервые с ними встречаешься в приватной беседе. И тогда собственный дом кажется тебе ковчегом!
В поисках потерянной реальности

«Надо жить опасно»

Вообще-то мне была заказана рецензия на «Даму без камелий», которая показалась мне несколько старомодной и - как это сказать поточнее - малоантониониевской, что ли. Хотя можно при желании подыскать кое-какие переклички, например, с более поздней «Ночью» или же с «Идентификацией женщины», в которой тоже речь идёт о кино как таковом. Но мне было бы интереснее порассуждать о предшествующей ленте Микеланджело Антониони - «Побеждённые», которая как бы находится в тени других работ итальянского киноклассика, однако смотрится неожиданно актуально и даже злободневно. Кстати, эта картина далеко не сразу нашла путь к экрану - будучи снята весною и летом 1952 года, она вплоть до осени 1953-го нигде не демонстрировалась. И получилось, что следующий антониониевский фильм «Дама с камелиями» был выпущен раньше - в феврале 1953 года.
Вероятно, у режиссёра возникли определённые сложности с цензурой, если пришлось добавить в пролог явно излишние и довольно велеречивые пояснения о том, что же хотели сказать создатели. «Эти истории - дело рук тех, кого называют «потерянным поколением». Поколение тех, кто во время войны были детьми и кто, открывая глаза, видит в мире, прежде всего, зрелище - всеобщую мобилизацию насилия… Часто бывало, что потерянное поколение появлялось в хронике с впечатляющей серией преступлений, которые относились к новому типу преступности, совершенно отличной от той, что проистекает от отчаяния и социального неравенства. Новые герои были детьми из обеспеченных, спокойных семей, неспособными таить в себе такие уж чудовищные наклонности. И не нужда, не какой-либо комплекс социальной ущербности толкали их на преступление, а стремление совершить исключительный поступок, выделиться, почувствовать себя героем жёлтой прессы».
В «Побеждённых» - три новеллы, действие которых происходит во Франции, Италии и Великобритании в начале 50-х годов, когда жизнь людей в разных странах Европы не только успела наладиться после второй мировой войны, но и приобрести уже очевидные приметы стабилизации, что стали называть «экономическим чудом». В тот самый момент, когда в итальянском кино ещё продолжал задавать тон социально-утешительный неореализм, которому предстояло начать превращение всего лишь через пару лет в так называемый «розовый», то есть более облегчённый и почти развлекательный, Микеланджело Антониони выступил как уже отколовшийся от общего течения, словно чужестранец в национальной кинематографии. Причём знаменательно, что вторая часть его триптиха, посвящённая именно Италии, представляется менее удачной, нежели первая и особенно третья, в которых кто-то обнаруживает ретроспективным зрением косвенные аналогии то ли с «Забриски Пойнт» про бунтарские настроения молодёжи в США, то ли с хитроумной и язвительной повествовательной конструкцией «Фотоувеличения», снятого в Лондоне.
Помимо оригинального обыгрывания типичного приёма «ложного детектива», нередко используемого Антониони, начиная с первой же ленты «Хроника одной любви», когда преступники, в общем-то, известны нам, или же мы догадываемся о своеобразной подмене классического вопроса «кто убил?», ещё не прославившийся в мире итальянский постановщик только нащупывает свои основополагающие темы. Некоммуникабельность чувств и бесприютность пребывания в будто бы чуждой действительности (забавно, что одного из молодых героев французской новеллы кто-то из его друзей иронически обзывает экзистенциалистом), как и обманчивость, а в конечном счёте чуть ли не иллюзорность нашего существования в той реальности, которая неизбежно ускользает от исчерпывающего понимания - всё это имплицитно присутствует в «Побеждённых».
Впрочем, особо наблюдательные заметят и планер, будто символизирующий желание убежать как можно дальше от себя и привычного круга общения, и теннисистов, продолжающих играть на корте, когда репортёр в телефонной будке готовится сообщить о том, чем же закончилось дело об убийстве женщины в парке. Словно это предварительные прикидки, пробные снимки, которые лишь предстоит подвергнуть фотоувеличению.
Оценка - 7,5 (из 10).